Есть названия, которые особенно странно звучат рядом со словом "Война", и одно из них — "Колыбельная". Это голос матери, детство, дом, ощущение безопасности. Один из первых звуков, с которыми человек входит в жизнь. Война же отнимает дом, разлучает с близкими, превращая жизнь в режим ожидания до следующего выстрела.
В короткометражном фильме "Колыбельная" (Lullaby / Kołysanka) Ayan Melik (Аян Мелик) это Слово покоится рядом с двумя молодыми солдатами, азербайджанцем и армянином, оказавшимися по разные стороны войны. Им отведены последние минуты жизни, то самое пограничное время между войной и смертью, когда впереди уже не дом и не мирная жизнь, а неизвестность.
В древней скандинавской мифологии павшего воина могла ждать Валхалла, чертог Одина, куда попадали избранные погибшие в бою. Но в "Колыбельной" этот образ звучит иначе. Перед нами не герои военного мифа, а два молодых человека, чьи судьбы постепенно сливаются в один образ человека, оказавшегося перед лицом смерти.
У каждого есть дом, память, голос матери и жизнь, которая ещё могла бы продолжаться. Валхалла здесь остаётся лишь далёкой тенью древнего мифа о павшем воине. Кино возвращает образ из пространства героической легенды в пространство человеческой судьбы. Азербайджанец и армянин перестают быть только обозначениями сторон и становятся двумя лицами одной трагедии.
"Колыбельная", созданная студенткой Warsaw Film School, азербайджанской кинематографисткой в рамках учебной программы при поддержке ARKA (Госагентства по кинематографии Азербайджанской Республики), воспринимается не просто как курсовая короткометражка. Это фильм, появившийся на границе двух исторических периодов: времени, когда война определяла судьбы людей, и времени, когда о мире можно говорить уже не только как о надежде, но и как о новой политической реальности.
Для курсовой работы особенно убедителен визуальный ряд. Гиперреализм поля брани создаёт почти физическое ощущение присутствия. Кажется, ещё немного, и украинско-польский оператор Дмитрий Линич (Dymitr Linicz), студент той же киношколы, свернёт в чёрно-белую классику Анджея Вайды, в пространство «Пепла и алмаза» (1958). Создателям от души желаю ярких фестивальных странствий.
Возможно, именно поэтому фильм продолжительностью всего 13 минут 50 секунд оставляет ощущение гораздо более долгого разговора. Не о том, кто победил и кто оказался прав, а о том, что происходит с человеком, когда чужой конфликт становится его личной судьбой.
В центре фильма два молодых человека, оказавшиеся по разные стороны Карабахского конфликта. Их встреча происходит в пространстве войны, где национальность, военная форма и принадлежность к противостоящим сторонам изначально определяют дистанцию между людьми.
В главных ролях Джохар Абдуллаев (Johar Abdullayev), исполняющий роль азербайджанского солдата, и Фатали Абдуллаев (Fatali Abdullayev), армянского. Последнему пришлось выполнять более сложную актёрскую задачу: вживаться в монолог, построенный на одинаково чуждых ему фразах русского и армянского языков.
Спойлерить сюжет было бы некорректно. Сила "Колыбельной" во многом заключается в постепенном раскрытии отношений между героями. За военной принадлежностью зритель постепенно начинает видеть двух юношей, которые только вступают во взрослую жизнь. У них есть близкие, воспоминания, простые желания и надежда вернуться домой.
Война здесь не становится поводом для политического спора о том, кто прав и кто виноват. Камера обращается к человеческому измерению конфликта. В авторском высказывании режиссёр подчёркивает разрушительную природу войны и говорит о людях, которые независимо от стороны оказываются её жертвами.
Вернуться домой. Услышать голос матери. Увидеть родных. Почувствовать вкус привычной домашней еды.
В этих простых желаниях и раскрывается название фильма. Колыбельная отсылает к миру, который существовал до войны: к детству, матери, дому, памяти, ощущению безопасности. Это один из первых человеческих звуков, связанных с заботой и защищённостью. В фильме он особенно выразителен именно потому, что герои существуют в прямо противоположной среде.
Отсюда возникает и связь с драматургией Мирзы Джалила Мамедкулизаде и его пьесой "Кяманча". Между произведением начала XX века и современной студенческой короткометражкой почти столетие, но есть одна важная точка соприкосновения: момент, когда человек по другую сторону конфликта перестаёт быть абстрактным врагом.
В "Кяманче"эту границу помогает преодолеть музыка. В "Колыбельной" её преодолевают память о доме, материнский голос и сама колыбельная. Разные художественные языки приводят к одному вопросу: что остаётся между людьми, если убрать военную форму, национальные ярлыки и политические формулировки?
Поэтому Джохар и Фатали важны не только как исполнители двух национальных ролей. Сначала их образы подчёркивают разделение. Азербайджанец и армянин, две стороны одного конфликта. Но постепенно это разделение отступает. Перед зрителем остаются два человека, объединённых страхом, одиночеством, памятью о доме, привязанностью к близким и желанием жить.
Закрытый показ для съёмочной группы «Колыбельной» состоялся 7 августа, буквально накануне первой годовщины Вашингтонского саммита 8 августа 2025 года. Год назад в присутствии президента США Дональда Трампа, президент Азербайджана Ильхам Алиев и премьер-министр Армении Никол Пашинян подписали протоколы совместной декларации мира и добрососедства.
В этом историческом контексте "Колыбельная" звучит как художественное высказывание нового поколения, для которого тема войны постепенно должна уступать место теме мира.
Политика говорит о границах, государствах, соглашениях и прекращении вражды. Кино возвращает разговор к человеку.
Именно поэтому "Колыбельную" можно воспринимать не только как фильм о прошлом конфликте. Это история о том, что происходит с человеком, когда конфликт становится его личной судьбой, и что остаётся от этой судьбы после того, как появляется возможность мирной жизни.
"Шаг к диалогу" — не только название, но и сама логика фильма: от образа врага к образу человека, от памяти о войне к возможности разговора о мире.
Ульви Мехти
