Со времени выхода в свет (Махачкала, издательство "Юпитер", 2000 г.) первых пяти глав лезгинского народного героического эпоса "Шарвили" прошло десять лет. В эти, отнюдь не легкие годы, когда многие были озабочены добыванием хлеба насущного, иные метались в мучительных духовных поисках, прочие просто прозябали, подчинившись обстоятельствам, продолжалась неустанная работа над переводом полного текста эпоса на русский язык.
Перевод осуществил заслуженный работник культуры России Ризван Ризванов и издал книгу с лезгинским и русским текстами эпоса при всемерной поддержке общественного и государственного деятеля Имама Яралиева. Одновременно к нетленному образу эпического героя обращались и другие творческие люди. Изданы три книги о Шарвили, в которых приводятся новые материалы, а также изыскания в области лезгинского фольклора и его связях с окрестными этнотерриториями.
За это время в селении Ахты проведено десять красочных праздников, посвященных эпосу, написаны десятки стихотворных посвящений народному герою, опубликованы многочисленные статьи, раскрывающие образ Шарвили с разных сторон. К этой многотрудной работе подключились ученые-литературоведы, лингвисты, философы, поэты, писатели, художники - словом, все, кому Шарвили дорог, как изустное наследие, оставленное предками в доброе назидание потомкам.
Необходимо отметить, что первые публикации об эпосе появились в 1941 году. После Великой Отечественной войны, в 50-х годах, лезгинские поэты Забит Ризванов и Байрам Салимов начали систематический сбор материалов о Шарвили. В начале 60-х годов о лезгинском эпосе впервые заговорили на союзном уровне, и большая заслуга в этом принадлежит незабвенной Наталье Капиевой. Тогда же в Махачкале впервые были опубликованы оригинальные тексты этого грандиозного произведения.
Позднее появились и первые научные изыскания об эпосе, осуществленные Фирузой Вагабовой, Айбике Ганиевой, Салавом Алиевым, Гаджи Гашаровым и другими учеными. В "Известиях" Академии наук Азербайджана (серия - Литература, язык, искусство) опубликована статья Мавлуда Ярахмедова на азербайджанском языке. И вот недавно стало известно о том, что в Баку многие работают над мотивами и сюжетами эпоса, создавая новые авторские произведения.
Приятно было узнать, что живущий в Баку замечательный художник Махмуд Челебов создал пространную поэму по мотивам этого народного произведения на азербайджанском языке и самолично иллюстрировал изданную впоследствии книгу.
Махмуд Челебов, (на фото)один из лезгинских аксакалов в Баку, - человек удивительной судьбы. Еженедельник "НВ" намерен подготовить специальный материал о его жизненном и творческом пути. Но сейчас скажем лишь о том, что он явился одним из главных победителей художественной выставки, проведенной в честь Московских Олимпийских игр в 1980 году, где выставил оригинальный ковер с сюжетами всех 24 видов спортивных состязаний, вошедших в программу тех памятных Игр.
Вернемся, однако, к эпосу. В редакции Бакинского литературно-художественного журнала "ЧиРаг", выходящего на лезгинском языке, состоялся "круглый стол" с участием местной творческой интеллигенции. Среди участников мероприятия был и художник Махмуд Челебов. Ему задавалось много вопросов, в том числе и о том, как издавалась книга, посвященная эпическому герою Шарвили.
Присутствующие были несказанно удивлены тем, что этот пожилой человек (ему 75 лет), не найдя другого способа довести до азербайджаноязычного читателя свое произведение, решился на мужественный шаг: он продал свою мастерскую и на вырученные деньги издал книгу. Как утверждает бакинский бизнесмен-издатель Этибар Стурви, почтенный художник сказал буквально следующее: "Сначала я увидел образ Шарвили, а потом, когда я проникся его величием, захотелось, чтобы это увидели все. На данном пути мне ничего не было жалко, даже мастерской, где я трудился".
Как признает сам Махмуд Челебов, он, конечно, не литератор, а художник. Но мысли и идеи, посещавшие его при осмыслении образа эпического героя, требовали словесного изложения. Так родилась его пространная поэма. Однако не был бы он настоящим живописцем, если бы не постарался создать и визуальный образ Шарвили. Эпический герой изображен в разных ракурсах, художник много экспериментировал, и эти опыты также нашли место в книге. Иллюстрации, бесспорно, дополняют и обогащают поэтический текст, делают Шарвили более осязаемым. При всей его сказочности он становится реальным человеком, пусть и наделенным сверхъ-естественными качествами.
Согласно каноническому тексту эпоса, опубликованному в 2008 году, Шарвили совершил множество подвигов во имя родины и народа. Махмуд Челебов же акцентировал внимание на двенадцати из них, может быть, под влиянием мифов о Геракле. В авторском произведении это позволительно, тем более что и по физической силе, и по тому преклонению людей перед ними, они имеют много общего.
Примечательно и то, что Шарвили совершал свои подвиги не только в родной стороне, но и далеко за его пределами. Это обстоятельство учтено в поэме художника, и как утверждает сам мастер, "Шарвили был защитником не только лезгин, а сам эпос о нем еще раз подтверждает, что этот герой самим фактом своего существования показывал им пути сближения с другими народами с тем, чтобы занять среди них достойное себя место".
Автор поэмы переносит Шарвили в языческие времена, что отчасти верно. Древнейшие пласты эпоса подтверждают это. Например, то, что эпический герой родился необычным образом: от яблока, которое съели его родители. Существуют и другие варианты его рождения. Дети не могут расти так, чтобы уже в младенчестве могли поражать людей своей необыкновенной силой. А у Шарвили это получается. Такой небывалой физической силой его наделяет художественное воображение народа, нуждавшегося в непобедимом заступнике и охранителе родных рубежей. При всем при этом Шарвили вовсе не воинственный герой.
Его необыкновенные способности всегда пробуждаются в случаях агрессии со стороны или когда возникает необходимость сделать то, что не по плечу обычным людям. Например, прорубить дорогу в скале, построить плотину, в одночасье вспахать землю для тысяч людей. Поэтому Шарвили - созидающий герой.
Поэма о Шарвили на азербайджанском языке, бесспорно, знаменательное явление в культурной жизни соседней республики. И очень важно то, что именно лезгинский аксакал Махмуд Челебов по примеру, может быть, самого эпического героя, прокладывает дороги, сближающие, а не разделяющие людей, как это делают некоторые политики, озабоченные вовсе не судьбами народов и стран.
Источник: www.gazeta-nv.ru