БАКУ/Trend/ - Необходимость реформирования Организации Объединенных Наций вновь оказалась в центре международной повестки на встрече в формате «ШОС Плюс» в Бишкеке. На фоне затяжных конфликтов, геополитической напряженности и растущих разногласий внутри Совета Безопасности ООН все чаще возникает вопрос: насколько существующая система способна эффективно реагировать на современные вызовы и обеспечивать выполнение собственных решений?
Одним из наиболее наглядных примеров ограниченной эффективности системы ООН стала невыполнение четырех резолюций Совета Безопасности, принятых в 1993 году в связи с армяно-азербайджанским конфликтом. Несмотря на то, что документы требовали прекращения боевых действий и вывода сил с оккупированных территорий Азербайджана, на протяжении десятилетий действенного механизма их исполнения создано не было.
В конечном итоге восстановление территориальной целостности и суверенитета Азербайджана было обеспечено самим государством. Именно этот опыт вновь поднимает фундаментальный вопрос о том, какой практический смысл имеют решения Совета Безопасности, если международная система не располагает эффективными инструментами для обеспечения их исполнения.
Выступая на встрече в формате «ШОС Плюс» в столице Кыргызской Республики Бишкеке, Президент Азербайджанской Республики Ильхам Алиев подчеркнул, что выполнение резолюций Совета Безопасности ООН в сжатые сроки требует выработки соответствующих механизмов.
«Немногим более года назад Азербайджан и Армения положили конец конфликту, длившемуся более 30 лет, парафировав текст мирного соглашения. Тем самым регион Южного Кавказа, бывший зоной многолетних конфликтов, превращается в зону мира.
Четыре резолюции Совета Безопасности ООН, принятые в 1993 году, были выполнены спустя 30 лет три года назад. Азербайджан уже поставляет в Армению нефтепродукты и обеспечивает транзит грузов третьих стран. Совместно с Арменией мы работаем над увеличением объема взаимной торговли, расширением ее номенклатуры и созданием новых наземных транспортных коммуникаций. Но, к сожалению, ООН не сыграла никакой роли в выполнении этих резолюций. Азербайджан сам полностью восстановил свой суверенитет и территориальную целостность. Выполнение резолюций Совета Безопасности ООН в сжатые сроки требует выработки соответствующих механизмов. Если это будет сделано, это будет способствовать повышению авторитета ООН и роли организации в урегулировании конфликтов», - сказал глава государства.
Однако проблема далеко не ограничивается одним конфликтом. История последних десятилетий показывает, что ООН неоднократно сталкивалась с ситуациями, когда принятые решения оказывались недостаточными для прекращения боевых действий, защиты гражданского населения или предотвращения гуманитарных катастроф.
Одним из наиболее трагических примеров остается Руанда 1994 года, где международное сообщество не смогло предотвратить геноцид, несмотря на присутствие миротворческой миссии ООН. Другим символом провала системы коллективной безопасности стала Сребреница в 1995 году, объявленная Советом Безопасности ООН «безопасной зоной», но не защищенная от массового убийства.
В Сирии проблема проявилась уже в другой форме - в параличе Совета Безопасности на фоне глубоких разногласий между его постоянными членами. Многолетний конфликт показал, насколько сложно ООН выработать единую международную позицию, когда интересы крупнейших держав непосредственно сталкиваются.
Проблемы миротворчества также неоднократно демонстрировали ограничения существующей системы. В Южном Судане операция ООН, первоначально ориентированная на поддержку становления нового независимого государства и защиту гражданского населения, столкнулась с новым витком гражданской войны, в результате чего миротворцам пришлось концентрироваться не только на выполнении мандата, но и на собственной безопасности.
В Мали миротворческая миссия подвергалась нападениям экстремистских групп. В Демократической Республике Конго многолетняя операция ООН столкнулась с угрозой срыва на фоне региональных и локальных конфликтов. В Дарфуре гибридная миссия ООН и Африканского союза также не смогла в полной мере реализовать первоначальный мандат по поддержанию мира на фоне возобновления конфликта.
Все эти примеры указывают на одну общую проблему: между масштабом задач, которые возлагаются на ООН, и инструментами, которыми организация располагает для их выполнения, существует серьезный разрыв.
При этом сама Организация Объединенных Наций признает наличие системных проблем. Обзор исполнения мандатов ООН, подготовленный в рамках реформаторской повестки организации в 2025 году, указывает на дублирование мандатов между различными структурами, недостаточную координацию их реализации, фрагментацию деятельности, растущий разрыв между мандатами и доступными ресурсами, а также неодинаковые механизмы пересмотра мандатов.
В документе отдельно отмечается, что эффективное управление выполнением мандатов имеет принципиальное значение для достижения целей государств-членов. «Любые недостатки в этом отношении будут препятствовать достижению целей государств-членов и в итоге приведут к снижению результатов», - говорится в обзоре.
Авторы документа также обращают внимание на неэффективное разделение труда внутри системы ООН. Согласно обзору, существующие процессы и практика не позволяют обеспечить четкое распределение обязанностей между структурами организации. Координация при подготовке бюджетов и программ остается ограниченной, а существующие механизмы надзора в значительной степени сосредоточены на отдельных структурах, а не на обеспечении стратегической согласованности всей системы.
Показателен и масштаб бюрократического аппарата: в Секретариате ООН структуры в качестве директивной основы для предлагаемых бюджетов по программам ссылаются почти на 4 тыс. источников мандатов. При этом многие структуры ссылаются на одни и те же мандаты, а около 50 ссылок относятся к мандатам, которые, по оценке авторов обзора, могут считаться недействующими.
Еще более прямолинейно необходимость изменений сформулирована в Progress Report Инициативы UN80, опубликованном в мае 2026 года.
В документе нынешнее положение дел названо «неприемлемым». В ООН указывают, что перед организацией фактически стоят два пути: «изменения посредством продуманного и взвешенного процесса реформ, принимаемого государствами-членами в установленном порядке», либо изменения под воздействием внешнего давления.
При этом в документе подчеркивается, что бездействие также несет серьезные риски: существующие слабости останутся нерешенными, а возможности системы могут постепенно разрушаться. «Статус-кво может казаться зоной комфорта, но в итоге он может оказаться скорее ловушкой», - говорится в докладе.
Таким образом, необходимость реформы сегодня признают не только государства, критикующие отдельные аспекты работы ООН, но и сама организация.
На встрече в Бишкеке президент Кыргызстана Садыр Жапаров заявил, что существующие недостатки в работе ООН не должны становиться поводом для ослабления ее роли или обхода организации. По его словам, напротив, они свидетельствуют о необходимости совместно укреплять ООН, повышать ее эффективность и совершенствовать ее механизмы в соответствии с современными реалиями.
«Кыргызстан поддерживает реформирование Организации Объединенных Наций, в том числе ее Совета Безопасности. Такая реформа должна осуществляться путем широкого согласия», - сказал Жапаров.
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев также подчеркнул необходимость укрепления и повышения эффективности организации, отметив, что ООН должна оставаться ядром международной системы, а ее Устав - универсальным фундаментом международного права. По его словам, в условиях острой геополитической напряженности особенно важно сохранить и усилить центральную координирующую роль ООН.
Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, в свою очередь, неоднократно говорил о необходимости адаптации международных институтов к современным реалиям.
«Наши отношения меняются, но многосторонние организации по-прежнему в основном отражают реалии 1945 года. Мы должны реформировать наши многосторонние институты, включая Организацию Объединенных Наций и Бреттон-Вудскую систему, чтобы они отражали сегодняшние реалии и увеличивали представительство и влияние развивающихся стран для построения справедливого мирового порядка», - сказал он.
Президент России Владимир Путин также заявил о необходимости повышения эффективности ООН, расширения представительства ее органов, в том числе Совета Безопасности, за счет стран Глобального Юга и Востока, а также адаптации организации к фундаментальным изменениям в мировой политике и экономике.
Премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф выразился еще более однозначно: «Сегодня ООН остро нуждается в реформе. Она должна стать более подотчетной и более оперативно реагирующей».
При этом вопрос заключается не только в расширении представительства или перераспределении мест в Совете Безопасности. Речь идет о более фундаментальной проблеме - соответствии всей архитектуры международной организации современному мировому порядку.
Как сказал в интервью Trend бывший посол США в Азербайджане Мэтью Брайза, наиболее серьезный недостаток Организации Объединенных Наций заложен в самой ее первоначальной структуре, которая была сформирована исходя из политической реальности сразу после Второй мировой войны и предусматривает монополию пяти стран на принятие ключевых решений.
«Это государства, которые были пятью наиболее могущественными странами в 1945–1947 годах: США, Советский Союз — сейчас его место занимает Россия, — Китай, Франция и Великобритания. С тех пор мир кардинально изменился, и появились другие государства, обладающие гораздо большим влиянием, чем некоторые из этих стран», - сказал он.
Кроме того, бывший посол отметил, что есть другие страны, играющие значительную роль в своих регионах мира и, возможно, заслуживающие равного права голоса.
«К ним относятся, например, Турция, Германия, Япония и Бразилия. Возможно, сама идея Совета Безопасности, обладающего столь широкими полномочиями, уже не вполне соответствует современным реалиям. На мой взгляд, именно это является главным направлением реформы всей структуры ООН. Президент Турции Эрдоган часто говорит о необходимости таких изменений, заявляя, что «мир состоит не только из пяти стран».
Второй недостаток и структурная проблема ООН, по мнению Брайзы, заключается в отсутствии действенного механизма принуждения к исполнению ее решений.
«В Азербайджане всем хорошо известны четыре резолюции Совета Безопасности ООН, которые на протяжении десятилетий оставались неисполненными и нереализованными», - добавил бывший посол США.
Он также отметил, что необходима третья реформа — сокращение масштабов бюрократического аппарата ООН.
«Бюрократия Организации Объединенных Наций огромна. Из-за отсутствия механизмов принуждения ее миротворческие операции зачастую не способны в полной мере выполнять поставленные перед ними задачи. Многие другие структуры ООН также чрезмерно раздуты с точки зрения численности персонала. При этом есть агентства, которые выполняют действительно важную работу, особенно в сфере гуманитарной помощи, и, вероятно, им следует выделять больше ресурсов, чем многим другим структурам ООН», - заключил Брайза.
В итоге перед ООН сегодня стоит парадоксальная задача. С одной стороны, организация остается главным универсальным институтом, через который государства могут обсуждать глобальные проблемы, согласовывать позиции и искать дипломатические решения. С другой - именно в наиболее острые моменты система коллективной безопасности демонстрирует свои ограничения.
Международное право сохраняет формальную силу, однако его применение все чаще сталкивается с политическими интересами государств. Совет Безопасности принимает решения, которые могут оставаться без исполнения, а в других случаях оказывается не способен принять решение вообще. Право вето превращается из инструмента поддержания баланса между великими державами в фактор, способный блокировать коллективные действия. На этом фоне все громче звучат обвинения в двойных стандартах и избирательном применении принципов международного права.
Именно поэтому сегодняшняя дискуссия о реформе ООН выходит далеко за рамки вопроса о количестве мест в Совете Безопасности. Речь идет о доверии к самой системе международных отношений и ее способности обеспечивать предсказуемые правила для всех государств.
Мир действительно изменился со времен 1945 года. Центры экономической, политической и военной силы сместились, появились новые влиятельные государства, а характер конфликтов стал существенно сложнее. Однако институциональная архитектура ООН во многом остается прежней.
Если организация не сможет адаптироваться к этим изменениям, существует риск, что разрыв между провозглашенными принципами и реальными возможностями их обеспечить будет только увеличиваться. В таком случае кризис ООН станет не просто кризисом одной международной организации, а кризисом всей системы многосторонности.
При этом мир по-прежнему нуждается в глобальной площадке для диалога и сотрудничества, и пока ни одна другая структура не способна полностью заменить ООН. Поэтому вопрос сегодня заключается не в том, нужна ли миру Организация Объединенных Наций, а в том, способна ли она реформировать себя настолько, чтобы соответствовать миру 21-го века.
